Почему лететь на восток быстрее, чем на запад

Если вы когда-нибудь летали далеко и обратно, то могли заметить странную вещь: путь туда и путь домой занимают разное время, хотя самолёт летит по почти одному и тому же маршруту. Например, перелёт из Лондона в Ванкувер длится около 9 часов 45 минут, а обратно — чуть меньше девяти часов. Расстояние то же самое, самолёт тот же, а разница почти час. В чём подвох? Самое частое объяснение звучит так: a href=»https://hi-news.ru/eto-interesno/zemlya-mchitsya-so-skorostyu-100-000-km-ch-pochemu-my-etogo-ne-chuvstvuem.html»>Земля вращается на восток, вот самолёт и «подхватывает» это движение. Звучит логично, но это неправда. Настоящая причина связана с невидимыми реками ветра высоко над нашими головами.

Почему лететь на восток быстрее, чем на запад

Почему вращение Земли не влияет на скорость перелётов

Многим кажется очевидным: раз планета крутится с запада на восток, то и лететь в эту сторону должно быть проще. На деле вращение Земли напрямую на скорость самолёта не влияет. Вместе с планетой крутится и вся атмосфера, и сам самолёт, и вы в кресле — так что «отставать» или «обгонять» тут нечему.

Вот наглядный пример: когда вы идёте по вагону движущегося поезда, вам ведь не проще шагать в сторону хвоста только потому, что поезд едет вперёд. Вы движетесь вместе с ним. С самолётом и атмосферой всё точно так же. Но у вращения Земли всё же есть роль — только косвенная. Оно влияет на погоду и на движение воздуха.

Еще больше познавательных материалов вы найдете в нашем Telegram-канале. Обязательно подпишитесь!

Что такое струйные течения

Настоящая причина разницы во времени — это струйные течения (jet streams). Если объяснять просто, это узкие потоки очень быстрого ветра на большой высоте — как раз там, где летают пассажирские лайнеры. Представьте невидимую реку в небе, которая течёт с запада на восток и способна нести самолёт вместе с собой.

Появляются такие потоки из-за двух вещей: неравномерного нагрева атмосферы солнцем и силы Кориолиса — эффекта, который возникает из-за вращения планеты и отклоняет движущиеся потоки воздуха вбок. Вместе это и разгоняет воздух до огромных скоростей.

Скорость струйных течений — от 130 до 225 км/ч, а иногда доходит и до 440 км/ч. Именно поэтому самолёт, который летит «по течению» на восток, приходит заметно раньше, чем тот, что борется со встречным ветром на запад.

Самые сильные потоки — полярное и субтропическое течения. Полярное мощнее, и именно его чаще всего используют авиакомпании на дальних рейсах через Атлантику и Тихий океан.

Как самолёты «ловят» попутный ветер

Пилоты не просто знают о струйных течениях — они специально строят маршрут так, чтобы поймать попутный поток на восток и обойти встречный на запад. Это экономит топливо, время и деньги. Воздушный маршрут вообще редко бывает просто линией на карте: бывает, что самолёты облетают целые регионы, например небо над Тибетом.

Впервые попутным ветром воспользовались ещё в 1952 году на рейсе Токио — Гонолулу. Оказалось, что полёт вдоль струйного течения сокращает дорогу с 18 часов до 11,5 — почти вдвое. После этого авиакомпании быстро сообразили, какая это выгода.

Маршруты дальних рейсов прокладывают с учётом струйных течений

Эффект работает даже на коротких дистанциях. На перелёте между Нью-Йорком и Лос-Анджелесом ветер способен изменить время в пути примерно на час. А на дальних тихоокеанских рейсах разница ещё заметнее: из Токио в Лос-Анджелес — около 10 часов, а обратно — почти 11 часов 40 минут. Тот же самолёт, тот же маршрут, но в одну сторону помогает ветер, а в другую — мешает. Кстати, погода в небе влияет не только на скорость — она же объясняет, почему самолёты иногда попадают в зону сильной тряски.

Турбулентность при ясном небе как обратная сторона попутного ветра

У струйных течений есть неприятный побочный эффект — так называемая турбулентность ясного неба (clear air turbulence, CAT). Это резкая сильная тряска при абсолютно безоблачном небе, без единой тучи впереди.

Возникает она там, где медленный поток воздуха встречается с быстрым — на границе образуется зона сильных завихрений. Коварство в том, что такую турбулентность нельзя увидеть глазами и её не показывает бортовой радар. Пилот просто не знает, что впереди. С грозами проще: пилоты видят опасные облака заранее, но и там главная угроза часто не молния, а сдвиг ветра.

Насколько это серьёзно, показал случай 1997 года на рейсе из Токио в Гонолулу — по иронии, том самом маршруте, где струйные течения впервые применили на практике. Внезапная турбулентность заставила самолёт резко провалиться примерно на 30 метров. Пострадали 18 человек, а один пассажир, который не был пристёгнут, погиб. Это лучший аргумент в пользу того, чтобы держать ремень застёгнутым весь полёт, даже когда табло погасло.

Когда ветер определяет длительность рейса

Иногда встречный ветер становится не просто неудобством, а настоящей проблемой для авиакомпаний. Особенно это заметно на сверхдальних маршрутах, где каждый лишний килограмм топлива уже имеет значение. Хороший пример — рейс Air New Zealand из Окленда в Нью-Йорк. На запад он длится 17,5 часа и работает на пределе дальности самолёта Boeing 787-9.

Из-за этого даже небольшое усиление встречного ветра приводит к неприятным решениям: приходится брать меньше пассажиров и багажа, чтобы освободить вес под дополнительное топливо. Бывало, что людей отправляли в путь без чемоданов или вовсе переносили на другой день. А обратному рейсу помогает попутное течение, поэтому он занимает 15,5 часов и таких проблем почти не знает.

Выход авиакомпании видят в новых самолётах с большим запасом дальности, которым лишние порции ветра будут не так страшны. Но пока лайнеры выжимают на максимум своих возможностей, погода в верхних слоях атмосферы остаётся тем фактором, который реально управляет расписанием.