Как врач заразил себя гастритом и получил за это Нобелевскую премию

В медицине есть негласное правило: не ставь под сомнение то, что работает. Особенно если за этим стоят десятилетия практики, тысячи хирургов и миллионы прооперированных пациентов. Но в начале 1980-х один австралийский врач все-таки это сделал, и его открытие буквально перевернуло гастроэнтерологию, попутно разозлив хирургическое сообщество всего мира.

Гастроэнтерология — раздел медицины, который занимается изучением, диагностикой, лечением и профилактикой заболеваний, связанных с желудочно-кишечным трактом (ЖКТ).

Как лечили язву желудка до открытия бактерии

Язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки долгие десятилетия считалась результатом стресса, неправильного питания и избыточной кислотности. Логика была простой: кислота разъедает стенку желудка, значит, нужно либо снизить кислотность, либо убрать часть желудка, которая эту кислоту производит. Хирурги по всему миру проводили так называемую ваготомию — операцию, при которой перерезались ветви блуждающего нерва, стимулирующего выработку соляной кислоты. В тяжелых случаях пациентам удаляли до двух третей желудка (гастрэктомия).

И это не были единичные случаи. К началу 1980-х годов гастрэктомия и ваготомия входили в число самых распространенных плановых операций в мире. Хирурги строили на этом карьеры, писали диссертации, обучали студентов. Операция считалась золотым стандартом лечения язвы. Пациенты после нее нередко страдали от проблем с пищеварением до конца жизни, но альтернативы, казалось, не существовало. Лекарства и диеты помогали временно, а язвы возвращались снова и снова.

Для сравнения: сегодня язву желудка лечат курсом антибиотиков за одну-две недели. Но до этого простого решения медицине пришлось пройти через настоящую войну.

Кто такой Барри Маршалл и что он нашел в желудке

В 1981 году молодой австралийский интерн Барри Маршалл начал работать в Королевской больнице Перта под руководством патологоанатома Робина Уоррена. Уоррен к тому моменту уже несколько лет наблюдал странную закономерность: в биопсии слизистой желудка пациентов с гастритом и язвой он раз за разом обнаруживал спиралевидные бактерии. Проблема заключалась в том, что по учебникам бактерии в желудке выжить не могли — соляная кислота считалась непреодолимым барьером.

Маршалл заинтересовался находками Уоррена и начал систематическое исследование. Вместе они изучили биопсии более ста пациентов и обнаружили четкую корреляцию: бактерия, которую позже назовут Helicobacter pylori, присутствовала почти у всех больных с язвой. Оказалось, что этот микроорганизм прячется под слоем слизи, защищающей стенку желудка, и вырабатывает фермент уреазу, который нейтрализует кислоту вокруг себя. Проще говоря, бактерия сама создавала себе комфортную среду обитания в самом агрессивном месте организма.

В 1983 году Маршалл и Уоррен представили первые результаты. Реакция медицинского сообщества оказалась, мягко говоря, прохладной.

Почему хирурги не поверили в бактериальную природу язвы

Вот тут начинается самая драматичная часть истории. Когда Маршалл заявил, что язву вызывает бактерия, а не стресс, и что лечить ее нужно антибиотиками, а не скальпелем, реакция была предсказуемой. Ему просто не поверили.

Причин было несколько. Во-первых, десятилетия устоявшейся парадигмы. Учебники, монографии, клинические рекомендации — все говорило о кислоте и стрессе. Во-вторых, экономический фактор: хирургическое лечение язвы было огромной индустрией. Операции приносили больницам и хирургам стабильный доход. В-третьих, сам Маршалл был молод и не имел серьезного научного веса. На одной из конференций, где он представлял результаты, из зала раздался тот самый вопрос, ставший легендарным:

Вы хотите сказать, что я зря отрезал людям желудки?

Дело в том, что признать правоту Маршалла означало признать, что тысячи пациентов перенесли калечащие операции без необходимости. Что десятилетия хирургической практики были ошибкой. Что целое поколение врачей лечило следствие, а не причину. Для медицинского сообщества это было тем еще испытанием.

Маршалла высмеивали на конференциях, его статьи отклоняли рецензенты. Один из ведущих гастроэнтерологов того времени публично назвал его гипотезу «бредом сумасшедшего».

Читайте также: Почему желудочная кислота не разъедает наш желудок?

Как Барри Маршалл выпил бактерии и доказал свою правоту

К 1984 году терпение Маршалла подошло к концу. Провести полноценное клиническое исследование на людях ему не давали — этический комитет не одобрял эксперимент. И тогда Маршалл принял решение, которое войдет в историю медицины: он выпил культуру Helicobacter pylori сам.

Результат не заставил себя ждать. Через несколько дней у него развился острый гастрит с тошнотой, рвотой и болями в животе. Биопсия подтвердила, что слизистая желудка была воспалена, а бактерии активно колонизировали ее поверхность. Затем Маршалл прошел курс антибиотиков и полностью выздоровел за две недели.

Но даже после этого признание пришло не сразу. Понадобилось еще почти десятилетие масштабных исследований, прежде чем в 1994 году Национальные институты здоровья США официально признали, что большинство язв желудка и двенадцатиперстной кишки вызывается Helicobacter pylori и должно лечиться антибиотиками. Количество операций по удалению части желудка после этого упало в разы.

А в 2005 году Барри Маршалл и Робин Уоррен получили Нобелевскую премию по физиологии и медицине. От момента открытия до признания прошло больше двадцати лет.

Чему нас учит история открытия Helicobacter pylori

История Маршалла и Уоррена часто приводится как пример того, насколько консервативной может быть медицина. Но было бы несправедливо обвинять хирургов в злом умысле. Они действовали в рамках парадигмы своего времени и спасали жизни теми инструментами, которые у них были. Проблема заключалась не в отдельных врачах, а в системе, которая слишком медленно пересматривала устоявшиеся догмы.

Сегодня Helicobacter pylori обнаруживается примерно у половины населения Земли, хотя далеко не у всех носителей развивается язва. Для диагностики используют простой дыхательный тест, а стандартная терапия включает комбинацию двух антибиотиков и лекарств для снижения соляной кислоты. Лечение длится от 7 до 14 дней, и в большинстве случаев язва больше не возвращается.

Но вот что важно: эта история не только про бактерию. Она про то, как один упрямый врач, готовый рискнуть собственным здоровьем, изменил судьбу миллионов пациентов. И про то, что в науке самый опасный враг прогресса — не невежество, а иллюзия знания.

Еще больше познавательных статей вы найдете в нашем канале в MAX. Подпишитесь прямо сейчас!

Случай Маршалла напоминает, что если кто-то в белом халате говорит нечто неудобное, это еще не значит, что он ошибается. Иногда самые важные открытия начинаются именно с фразы, которую никто не хочет слышать.