Наши ухмылки не такие простые, как может показаться. Есть много разных способов улыбаться — и некоторые из них скрываются не только счастливые эмоции. В 1924 году студент-садист Карни Лэндис загнал в комнату в Университете Миннесоты других студентов, учителей и пациентов психологов — включая 13-летнего мальчика. Расхаживая между своих жертв с ножом, он озвучивал свои инструкции. Обезглавливание готово было начаться. Чтобы успокоить своих подопечных, он переоделся, спрятал лабораторное оборудование, накинул ткань на окна и повесил картины на стенах. Лэндис хотел знать, всегда ли определенные переживания, такие как боль или шок, вызывают одни и те же выражения лица. И чтобы узнать, он хотел их вызвать. Он усадил своих жертв, а затем нарисовал линии у них на лицах, чтобы получше разглядеть их гримасы.

До недавних пор ученые и писатели никак не могли договориться на тему слез. В «Генрихе VI» Шекспир писал, что «плач смягчает силу горя», а американский писатель Лемони Сникет говорил, что всем известно, что хорошая, длинная порция рева зачастую делает лучше, даже если обстоятельства не изменились ни капли. Чарльз Дарвин, с другой стороны, считал, что производство слез (то есть акт продолжительного плача) является просто бесполезным побочным эффектом работы окологлазных мышц. Он считал, что эти мускулы должны время от времени сокращаться, чтобы не переполняться кровью; а изгнание слез было просто непреднамеренным следствием этого эволюционного физиологического процесса.